Общественно-политическое издание

Даниил Коцюбинский: Инициатива Гуляева наносит вред общему делу

02 мая 2007 13:07

На прошлой неделе в «Национальном журнале» была опубликована статья Сергея Гуляева, вызвавшая широкий резонанс среди либеральной оппозиции и националистов. Свою точку зрения на эту тему нашему изданию высказал Даниил Коцюбинский, координатор Петербургского гражданского комитета, заместитель главного редактора аналитического еженедельника «Дело».

Даниил Коцюбинский:

С моей точки зрения, эта инициатива наносит колоссальный вред тому общему делу, которое с таким трудом успело быть начато, причем – именно в Петербурге. Известна даже точная дата начала этого общего дела. Это 3 марта 2007 года, когда нам удалось осуществить такой мощный уличный прорыв, общий протест. Смогли сплотиться самые разнообразные политические силы и за ними, естественно, смогло увлечься значительное количество горожан.

Причем специфика петербургской объединенной оппозиции именно в том, что в нашем городе еще два года назад было сформировано Петербургское гражданское сопротивление. Туда вошли тоже коммунисты, нацболы, «яблочники» и самый широкий спектр более мелких политических гражданских организаций. Оно впервые проявило себя еще в эпоху «монетизационных бунтов», в начале 2005 года.

Так вот, петербургский оппозиционный опыт гласит о том, что первейшим условием такого рода единения является отказ всех нелиберальных участников этого союза от своей нелиберальной риторики на то время, пока существует общая задача – крушение авторитарной вертикали, восстановление режима политической свободы и гарантий соблюдения властью базовых политических и гражданских прав.

То есть, если пытаться называть вещи своими именами, то именно потому был возможен и пока еще возможет альянс либералов и не либералов, что не либералы ограничивают свои устремления либерально-правозащитной, общедемократической системой фраз и лозунгов. Петербургское гражданское сопротивление стало возможным только потому, что его участники, прежде всего – нацболы, во время союза с либералами взяли на себя обязательство отказаться от активного выпячивания своих нелиберальных лозунгов и целей.

И вот, к сожалению, Сергей Гуляев своей новой инициативой разрушает эту основу. Он вносит этнократическое начало в свою политическую деятельность, настаивая на слове «русский» в названии своего нового движения и затрудняя тем самым дальнейшее политическое сотрудничество оппозиционных сил,. Конечно же, он выходит за пределы общей либеральной парадигмы, что, с моей точки зрения, приведет только к тому, что все оставшееся время мы будем тратить на внутренние дискуссии, вместо того, чтобы тратить его на борьбу за те цели, которые зафиксированные в резолюции петербургского митинга 15 апреля.

А в этой резолюции нет ни слова ни про какое «Русское национально-освободительное движение». Там, как я уже отметил, речь идет о сокрушении авторитарной вертикали, построении парламентской республики в городе (а в перспективе – и в стране в целом), о восстановлении тех конституционных свобод, которые ныне попраны. То есть, говорится об общедемократических и правозащитных целях, которые являются необходимыми условиями для дальнейшей открытой политической борьбы. Чтобы потом, когда политическая свобода будет завоевана и прочно утверждена, разные политические силы отстаивали уже свои какие-то более частные идейные предпочтения. У Гуляева же телега запрягается впереди лошади, и это фактически будет означать крах всего единого оппозиционного движения – в худшем случае. В лучшем случае, мы постараемся это все-таки как-то преодолеть.

Если бы господин Гуляев 3 марта уже являлся руководителем того движения, которое он хочет создать и оно бы уже существовало лет пять, тогда, я думаю, вопросов было бы гораздо меньше. Но сегодня, когда он пытается поставить русскую национальную идею на первый план, ситуация выглядит принципиально иным образом. Когда он на митинге произносил свою речь и обмолвился, что создает русское национальное освободительное движение, я даже рот открыл от удивления. Хотел тут же его поправить, сказать: «Ты, наверное, оговорился. Ты хотел сказать: «гражданско-освободительное движение»…» Мне даже и в голову не пришло, что он умыслил такой рискованный ход! Но потом, как выяснилось, эти слова являлись не оговоркой, а его намеренной целью. То есть, сейчас он пытается де-факто перевести диалог в совершенно другую плоскость. А именно, из плоскости противостояния граждан и авторитарной власти дискуссия уходит в плоскость разговора о том, какие граждане являются русскими, а какие не русскими. А для оппозиции сегодня это смерти подобно. Гуляев начинает рассуждать о том, что-де все жители России должны считать себя русскими. Я же убежден, что не должны. Лично себя я считаю петербуржцем – мне не нужна русская идентичность. Я уверен, что и другие люди вправе себя считать тем, кем они хотят. Это вообще сугубо личный, а не публичный вопрос. Вот Гергиев, например, вправе считать себя осетином. Хотя господин Гуляев полагает, что он должен считать себя русским – посмотрите интервью с Сергеем Гуляевым в газете «Дело».

С моей точки зрения, под видом такого единения происходит разобщение оппозиции, причем – колоссальное. И самое главное, что если сделать еще один шаг в этом направлении, может вообще произойти нечто необратимое.
Вообще, я полагаю тезис о том, что должны объединяться все те, кто против власти – независимо от того, что и как они говорят и делают – глубоко неверным. Потому что если в итоге, бархатная революция превратиться в не бархатную, то есть, либерально-демократическая революция – в антилиберальную, то мы получим, то, что получали всегда в таких случаях.

Примеры тому – не только большевики и Гитлер. У нас на памяти в 1980 году в Иране произошла революция, которую вместе совершили исламисты, либералы, социалисты и коммунисты. Потом исламисты буквально в течение полугода установили довольно жесткий режим, казнили всех своих бывших союзников, и Иран существует с тех пор в условиях полуавторитарной модели, в условиях жестко идеологизированного общества.

Именно поэтому я считаю, что революция, в том числе российская, не должна осуществиться любой ценой. Революция должна пройти только под правильными лозунгами и осуществиться правильными методами – то есть, ненасильственными. Это должна быть только бархатная революция, осуществленная исключительно под лозунгами, способными объединять общество, а не разобщать.

Правильные лозунги зафиксированы в нашей резолюции. Кроме протестной части – «Долой президентское самодержавие!», «Долой чиновничью вертикаль!», «Долой нарушение прав человека!» – там есть позитивная составляющая – это ответственность исполнительной власти перед законодательной. То есть, речь идет о парламентаризации страны, установлении независимости судов, упразднении цензуры СМИ и восстановлении независимого от администрации местного самоуправления.

Сейчас говорят, что в Санкт-Петербурге уже сформировано «теневое правительство». Это неправильная информация. Кстати, я предлагал Сергею Гуляеву начать консультации по этому вопросу. Я же предлагал «зарезервировать» за Гуляевым пост гипотетического премьер-министра СПб. Предлагал, потому что по итогам событий 3 марта он мне казался наиболее харизматичной и безупречной фигурой. Но вот сегодня мне он таковым уже не кажется. К сожалению.

Хотя при всем при этом я не считаю Гуляева нравственно не состоятельным человеком. Он, действительно, способен на определенные подвиги.
И я ведь его просил, после того, как увидел интервью с ним на сайте АПН-СПб, где он объявлял о своей инициативе: «Ты хотя бы возьми тайм-аут, не делай непоправимых публичных заявлений. Давай все обсудим». Но нет. После этого он продолжал давать интервью, в которых подтверждал свою решимость создать «Русское освободительное движение» - в том числе и вашему изданию, и газете «Дело». С моей точки зрения, это было нехорошо – то, что он изначально не поставил в известность никого из коллег по Исполкому, не говоря уж о Координационном совещании в целом. Вот взял на себя такую инициативу.

Допустим, он мог сделать это по легкомыслию. Но он отказался отыграть назад или хотя бы дождаться Координационного совещания – после того, как ему позвонили я и Максим Резник и попросили об этом. А мы ведь все воспринимали его как негласного, но, тем не менее, лидера. Однако он сделал все по-своему. Отказался. Поэтому, с моей точки зрения, на сегодня он дискредитировал себя как лидер петербургской оппозиции. А что у него получится на федеральном уровне – Бог весть.

Желаю ему, чтобы в дальнейшем его деятельность не расходилась с теми благими начинаниями, которые он, к сожалению, так «по-своему» интерпретирует. Естественно, чем быстрее Сергей Гуляев поймет, что ошибся, тем будет лучше. У меня к нему только политические претензии, но как человек он мне как был, так и остается симпатичен. А вообще, конечно, человек, который не видит очевидного, немножко вызывает досаду.

Михаил Сергеев
Популярное